В общем, подарил мне Дед Мороз iPad, а дитю – нетбук от Compaq. Вот такой:

На свое счастье, я приблизительно догадывался о том, что именно лежит в коробках (завернутых, естественно, в веселенькую дедморозовскую обертку) и предложил дитю обменяться «не глядя». В итоге, дитё получило iPad первого поколения 32Гб 3G, а я – сей нетбук.

Почему я решился на такой «неравноценный» обмен? Да потому что мой опыт общения с системами некоей яблочной компании состоит из исключительно негативных моментов. До того негативных, что хочется а-ля Терминатор ворваться в офис некоей конторы из Купертино с гранатометом и разнести там все вдребезги и пополам, начиная с той сволочи, которая придумала тонкое издевательство под названием iTunes.

Кстати, мои ожидания полностью оправдались. При первом же подключении к компу, iTunes бодро отрапортовала, что надо обновить QuickTime (который мне нафиг не нужен), сам iTunes и, разумеется, iPad. После того, как было скачан примерно гигабайт софта, iTunes завис, убив,  собственно, iPod. В принципе, с такими заморочками я уже знаком, так что действовал по уже устоявшемуся сценарию – рестарт компа, запуск iTunes, восстановление iPod, ошибка, рестарт компа… Обычно на пятый-шестой раз помогает. Но не в этот раз.

В общем, сижу сейчас устанавливаю iTunes на другом компе в надежде на то, что «авось прокатит». И все более отчетливым пониманием того факта, что одним гранатометом не отделаться.

Хм… что-то я отклонился от темы. Так вот, по поводу нетбука. Сделан отлично и, что немаловажно, доступ к харду и памяти очень легкий (буду менять и то и другое). Но блин… (нет, не так – БЛИН!) какой идиот придумал поставить Win7 на систему с 1 (одним) гигабайтом памяти? И еще с неотключаемым интерфейсом Aero?

В итоге, при любой операции, мало-мальски отличающейся от запуска Notepad, лампочка активности диска горит постоянно. Ибо все уходит в своп. Ну вот за что такое наказание?

Так что, чувствую, мои первые осознанные онлайновые действия в этом году будут включать посещение сайта Crucial, чтобы найти «правильную» память. А вот насчет SSD у меня некоторые сомнения – может, само рассосется? В смысле, может, установка еще одного гига памяти решит проблему? Что народ думает по этому поводу?

На самом деле, 2011 год для меня оказался довольно нелегким (серьезное снижение уровня жизни, полное отсутствие свободного времени, почти 70000 км, проведенных на дороге (да еще и в машине класса супермини!), вечные недосыпания и все такое). С другой стороны, в нем были и весьма положительные происшествия, в основном связанные с семьей, а иногда даже и с работой. В общем, грех жаловаться. И жаловаться я точно не буду.

А так – все как обычно. Елка наряжена, жена на кухне готовит традиционную новогоднюю трапезу (и селедку «под шубой» и салатик Оливье тоже – куда уж без них-то?), дети традиционно считают секунды до завтрашнего утра, а я по старой традиции, пишу новогодний пост и иллюстрирую его ставшей уже традиционной картинкой (по-моему, еще одного упоминания о традициях этот пост точно не выдержит).

В наступающем Новом Году, я хочу пожелать всем читателям этого блога, а также тем, кто и не подозревает о его существовании – пусть у вас сбудутся все самые заветные и прекрасные мечты. Желаю всем, чтобы 31-го декабря 2012 года, вы смогли взглянуть назад, вспомнить прошедший год и сказать «да, год получился хорошим!» Лично я подниму сегодня бокал именно за это.

С Новым, 2012 годом!

А потом случайно попадаешь куда-то, где встречаешь что-то из почти забытой нонче молодости. Той самой, университетской поры, когда из всех, тщательно вбиваемых преподавателями в голову мыслей, в ошалевшем от самостоятельности мозгу оставались только высокоинтеллектуальные наблюдения в стиле «а Наташка-то, ничего так… подкатиться к ней, что ли?».  Заметьте, что написал я именно «встречаешь что-то», а не «кого-то». Ибо по опыту знаю, что нет ничего нуднее встреч или переписки с бывшими одноклассниками или одногруппниками или армейскими сослуживцами. Нет ничего особо приятного смотреть на бывшую пассию, у которой уже третий подбородок растет и пытаться вспомнить ту девчонку, к которой когда-то бегал в общежитие, преодолевая препятствия в виде коменданта и дружинников. Да и она вряд ли узнает того, кто к ней когда-то влезал через окно  ночью в комнату, в бородатом мужике с ясно обозначившимся пузом.

Зато старые вещи, «моей» поры, будь-то старый компьютер или вожделенный когда-то магнитофон Sharp 777, вызывают яркие воспоминания и желание забыть о почтенном (ну почти) возрасте и тряхнуть стариной. Беда только лишь в том, что «тот самый» компьютер уже давно сдан в утиль или, в лучшем случае, находится под стеклом, в музее. А трехсемерочная мечта детства давно сдана в утиль и вместо нее куплен новый айпод.

К чему это я? А к тому, что в свою недавнюю поездку в Силиконовую Долину, когда я ездил отлаживать софт для Tesla Model S, я забрел в музей компьютерной истории. Ненадолго, на пару часов всего.

Итак, музей компьютерной истории в Маунтайн Вью (Mountain View). Да, именно там, где Google  и Apple. Но речь пойдет не о них.

Мой самый первый компьютер, на котором я писал более-менее осмысленные программы : IBM/360. Вернее, программы-то я писал на его советском варианте, ЕС 1020. И делал я это на незабвенном языке PL/1 с помощью перфокарт и вечно зависающей системы СВМ. Первый курс универа…

А вот экспонат из другой жизни. Той самой, где инженеры думали о том, как бы каждой домохозяйке на кухню сбагрить по компьютеру. Примерно такой:

Это Neiman-Marcus/Honeywell 316 образца 1969 года. Предназначался для хранения кухонных рецептов и поставлялся в комплекте с передником, поваренной книгой и двухнедельным курсом программирования. Передняя панель компьютера представляет собой разделочную доску (я не шучу), а рецепты предлагалось считывать в двоичном коде с дисплея. Не знаю, кто одобрил производство и разработку данной машины, но он явно хорошо думал о домохозяйках.

Вот вы себе представляете кухарку или домохозяйку, которая будет разбираться в двоичных кодах? И приветствовать вернувшегося домой мужа радостными возгласами «Дорогой, я сегодня приготовила тебе блюдо 0011111000100101!» Я лично – не представляю. Видимо, покупатели тоже не представляли, так что, в итоге, не было продано ни одной такой машины, а Honeywell 316 стал работать в сети ARPANET (предшественник Internet). Так что в том, что теперь в Интернете можно найти какой угодно рецепт приготовления пищи, есть некоторая заслуга  разработчиков этого компьютера.

Кстати, характеристики этого компьютера были, по тем временам, вполне себе продвинутыми: 4К слов памяти (на ферритовых сердечниках), шина данных 16-битная, скорость работы 312500 операций сложения в секунду. Ну и стоимость под стать (еще один гвоздь в гроб продаж): 10600 долларов.

А вот это – не персонаж из фильма Робокоп, хотя вполне мог бы им стать:

Этот офицер Мак использовался полицией для проведения инструктажей в школах. Сделала его фирма 21st Century Robotics (она существует до сих пор, кстати), а в качестве управляющего устройства послужил (догадайтесь с трех раз) компьютер Mac от набиравшей тогда популярность мелкой компании Apple.

Следующий экспонат – прадедушка всех современных компьютеров с графическим интерфейсом – Xerox Alto I:

Справа – некий манипулятор новейшего образца, который позже получил странное название «мышь».

Компьютер по тем временам (1973 год) обладал завидными характеристиками (0.3 MIPS, память 64-256К, 16-битная шина данных). И стоимостью тоже – 40 тысяч долларов, если бы его пустили в продажу. Но до этого дело не дошло, так что графический интерфейс до нас дошел через посредство компаний Apple, а затем Microsoft, «содравших» идею у Xerox.

Впрочем, «содрали» не только интерфейс, но и устройство ввода. Некая фирмочка Logitech освоила производство этих грызунов и даже попыталась привнести что-то новое на этот рынок, выпустив свой первый трекбол в 1981 году.

А вот эта система, без сомнения, знакома каждому, кто хоть раз пользовался Hyperterminal или любым другим терминалом (Putty, например) для общения с устройствами через протокол RS-232. К слову сказать, это до сих пор часть моей работы – RS-232 один из способов отладки встраиваемых систем (да, я именно printf имею в виду).

Встречайте терминал VT100. Именно его по умолчанию эмулирует Hyperterminal (хотя это можно поменять в настройках).

А вот, собственно, прародитель современных персоналок: IBM PC:

Если не считать недолгого знакомства с ПК Агат, всю свою программерскую жизнь я проработал с IBM PC-подобными компами, начиная с ЕС-1840.

Так вот, первый вариант IBM PC вышел в 1981 году, получил процессор 4.77МГц, 16К памяти (16-битная шина данных) и стоил всего 1565 долларов. Сколько стоила ППКЭВМ ЕС 1840 (Персональная Профессиональная, Клавишная Электронная Вычислительная Машина Единой Серии) я даже думать не хочу. Точно не дешевле Запорожца. Но в институте у нас они были.

А вот это – главный по тем временам (1984 год) конкурент IBM PC – Apple Macintosh:

В отличие от провальной модели Apple Lisa, этот компьютер получил графический интерфейс (да здравствует Xerox Alto!) и однокнопочную мышь. Позднее, это станет традицией для Apple – игнорировать конкурентов и упорно клепать мыши с одной кнопкой.

Apple Macintosh стоил дороже IBM PC – 2495 долларов, но имел больше памяти (128К), да и процессор у него был побыстрее (8МГц). Графический интерфейс пришелся по нраву людям творческих профессий и фирма наконец-то начала получать прибыль.

В отличие от Macintosh, следующий экспонат не имел вообще никакого дисплея, графического или текстового. Это легендарный MITS Altair, который продавался в качестве конструктора в 1975 году и стоил 439 доларов.

Именно с покупки этого компьютера ведет свою историю некая мелкая компания под названием Micro-Soft.  Компьютер этот, кстати, обладал довольно мощным, по тем временам, процессором с тактовой частотой 2МГц и 1КБайтом памяти (8-битная шина данных).

Пол Аллен написал для Altair интерпретатор BASIC и Билл Гейтс договорился с MITS о совместных продажах. Вот на чем был записан сей программный продукт:

Именно с него начался подъем компании, позже превратившейся практически в монопольного поставщика операционных систем для персональных компьютеров.

И еще один комплект для сборки – с него началась история другой, не менее успешной фирмы:

Так начиналась компания Apple -это их самый первый компьютер. Сделан он был Стивом Возняком (на крышке его подпись), продавался «россыпью» (покупатель получал печатную плату, набор микросхем и других элементов, а также инструкцию по сборке на 16 страницах). Стоило это все 666 долларов и 66 центов. Видимо, поэтому, некоторые до сих пор величают Apple «Злом».

Надо сказать, что выставка на этом не заканчивалась. Просто закончилось мое время в музее – он закрывался и меня вежливо оттуда выставили. Назад, в будущее.

Интересная вещь прокрастинация. Поначалу, всегда кажется, что времени сделать то-то и то-то навалом, поэтому несущественные и несиюминутные вещи можно отодвинуть «на потом». А когда наступает это самое «потом», оказывается, что делать-то их и некогда! Вот, например, я постоянно откладывал поход с фотоаппаратом по окрестностям на завтра. А в итоге, когда наступило последнее «сегодня» (в смысле пребывания во Франции, а не в апокалиптическом), выяснилось, что как раз на этот поход времени и не осталось.

То же самое касается и обязательных подарков для родственников, друзей и родственников друзей, а также, друзей родственников. Почему-то, каждый, кто вообще хоть раз слышал о нашем существовании, обязательно считает своим долгом нас навестить по приезде. Ну и, разумеется, надо вручить какой-никакой сувенир, ибо обидеться могут. Не все, конечно, но некоторые могут.  А следовательно, какое-то время надо убить на поиски подарков, причем, таких, чтобы не разориться самим и не обанкротить банк, в котором у меня открыт счет.

И тут в дело вступает ее величество Прокрастинация (для тех, кто не в курсе – это ситуация, когда человек постоянно откладывает что-то на завтра). В последнюю минуту, выясняется, что фотки не сделаны, подарки не куплены, а на улице уже темно и магазины вот-вот закроются. И начинается Гонка.

Нам повезло – оставив детей на тещино попечение, мы с женой рванули по окрестным сувенирным магазинам и так нашли один, который был еще открыт. Затарившись там под завязку красным сидром (специальность региона, кстати – делается из красных яблок, а потому не такая уж жуткая кислятина, как обычные сидры), а также различного рода магнитиками на холодильник, печениями в упаковках с фотографиями Мон-сен-Мишеля, бутылками местной бурды, да и вообще всякой сувенирной фигней, я получил высочайшее соизволение сделать пару снимков, «только чтоб недолго, ибо сумки не собраны!».

Первым делом, я сделал фотку мельницы, в которой располагался какой-то там музей, но по Эрмитажному принципу, мы туда как раз и не сходили.

Так сказать, символ Нормандии и зря потраченного времени в борьбе с чем бы то ни было.

Разумеется, надо было сделать прощальную фотку Мон-Сен-Мишеля. Вот и она:

Ну вы в курсе, что уже вечер, солнце заходит и все такое, да? Кстати, снизу – это ни разу не море. А вполне себе поле с какой-то растительной фигней на нем.

Ну и последний кадр я традиционно сделал из окна спальни. Ибо меня уже честили на чем свет стоит, поскольку сумки не собраны, уже вечер, а вставать надо в четыре утра, ибо паром ждать не будет, а до него 8 часов езды.

На такой вот мрачно-спешащей ноте я и закончу свое долгое (и, надо признаться, несколько нудное) повествование.

Честно скажу, что посещение города под милитаристским названием Домфронт в наши планы не входил до той самой поры, пока жена не сообразила, что у нас дома хлеба-то и нет. В смысле, все магазины уже закрываются, бо во Франции даже супермаркеты не открыты 24 часа в сутки (по крайней мере, те, что в деревнях), а без хлеба нам… ну… как без хлеба, вот! «Так что давай, дорогой муженек, ищи где купить буханку, а не то познакомишься с французскими сковородками!», – заключила она, поудобнее усаживаясь в пассажирском кресле моего многострадального Приуса.

Дело было вечером, делать (в смысле, деваться) мне было некуда, а дорога домой (из замка Медави) была неблизкой. И, заехав в следующий по трассе город, я запарковал машину в центре, оставив спящих детей на попечение жены и пошел искать открытую булочную. По пути, понятное дело, пытаясь фотографировать все, что угодно.

Как известно, все дороги в Италии ведут в Рим. А во французских городах они ведут к собору:

Вообще говоря, я не уверен, что Домфронт – это город, потому что по нашим понятиям, это деревня. Ну разроссшаяся такая, но все равно, деревня. Впрочем, английские понятия о городах такие, что сам черт ногу сломит. Например, нас учили в школе (еще советской), что city – это большой город, а town – маленький. Так вот, это неправда.

Дело в том, что, в теории, размер населения, конечно, имеет значение, но кроме того, есть еще такие факторы, как наличие англиканского собора в городе. Если его нет, то статус сити получить невозможно. Если есть, то в игру вступают такие интересные требования, как то, что город должен быть известен с «незапамятных времен» (вполне себе официальный термин – time immemorial), в нем должна быть промышленность, какая-никакая история и т.п. Кроме всего этого, королева должна выписать городу специальную грамоту, в которому его статус city признается официально.

Все это привело к ситуации, когда довольно большие города, такие как Milton Keynes (в котором, кстати, находится самый большой в английском средиземье (Midlands) торговый центр) или Northampton (с населением 250 тысяч или около того) считаются town. А «мелочь пузатая» типа Ripon с населением в 15 тысяч и почти полным отсутствием какой-либо деловой активности, считается City.

С деревнями у нас все еще более запутанно. Например, деревня может быть частью города, но при этом оставаться деревней. Кроме того, они подразделяются на «крутые» и просто деревни. Крутые деревни должны иметь собор или, хотя бы, церковь (англиканские, понятное дело – православные, еврейские и всякие там католические места богослужения крутости деревне не добавляют) и публичный дом (паб (pub) в просторечии). К слову сказать, пабы – это не места разврата, а просто трактиры, в которые можно придти со всей семьей.

Ну вот, что-то меня в наши края потянуло… (стучит мышью по башке – «пишешь о Франции, так пиши о Франции, а не о всяких там Англиях!»).

Мда… так на чем я остановился? Около собора находится (кто бы догадался?) соборная площадь.

С другой стороны – дома довольно странной архитектуры:

Ну и по центру, собственно, собор, который самым наглым образом отказался влезать в кадр:

Интересно, что на улицах практически не было никого, за исключением какой-то бабки с придурковатым мужиком, которые старательно лезли в кадр и не давали мне сделать фотографию единственного более-менее интересного дома (бара, уж если на то пошло) так, чтобы их не было видно на фотках. То они старательно изучали меню (бар, к слову, был закрыт) а то нарезали круги около двери. В общем, всячески мешались.

Поскольку со временем у меня была серьезная напряженка – в машине-то дети и жена (мысленно уже представляющая себе картину нецелевого использования французских сковородок), а булочной все никак не видать, я сделал хоть какой-то снимок:

…а потом, уже дома долго удивлялся – и какого черта мне взбрело в голову фотографировать этот бар? Ну да, старый дом и все такое, но я-то таких домов уже навидался в таком количестве, что мог бы уже и проигнорировать данное конкретное строение.

И тут я увидел булочную, которая еще была открыта (как раз за машиной). Мир был спасен! И моя голова тоже.

Окончание следует. Честное слово!

В замке О нам было сообщено, что, вообще-то, тут таких замков несколько и многие туристы ездят из одного замка в другой. Вежливо покивав головами и рассудив, что один черт, делать больше нечего (ибо местность там – дыра дырой) , мы поехали в ближайший из замков – Medavy.

Сразу скажу, что если вас очаровал замок О, то ехать в Медави точно не стоит – все очарование уходит полностью и навсегда. Ибо там ничего интересного нет – обычный (пусть и большой) загородный дом, в котором, к тому же, идет ремонт, а вокруг все заросло травой высотой в метр.

Ну, может, не в метр, а чуть поменьше. Будем считать это художественным преувеличением.

Вход в поместье и замок платные. Платить надо немного, пару-тройку евро, но, если учесть, что вход в замок О был бесплатным, сей налог представляется чем-то весьма наглым и запредельным. Кстати, деньги за вход там берет парень, который настолько карикатурно-французско-стереотипен (берет, полосатая фуфайка, длинный шарф…) что просто даже диву даешься, как такой типаж вообще сохранился во Франции. Ибо у меня периодически складывалось такое впечатление, что весь Алжир переехал в эти места, а арабский (или на каком они там в этом самом Алжире говорят) стал уже государственным.

Заплатив деньги за вход, нас вежливо выпроводили во внутренний двор. Вернее, в двор конюшни, из которой выход был только один – на задворки замка, где мы имели счастье обозреть хозяйственные пристройки. Воняло, помнится, гадостно.

А вот и сам замок. Внутрь нас не пустили, ибо там шел ремонт, но, как говорится, не очень-то и хотелось.

Замок был построен в 16 веке на месте старой крепости, которую разрушили англичане где-то в конце пятнадцатого века. После окончания столетней войны, местность отошла к некоему барону Рукселю (Rouxel), который порядочно нажился из-за близости к королю Анри Четвертому (того самого, про которого еще песню сложили в СССР) и, понятное дело, он решил построить там новый замок. Ибо на что еще в те времена было деньги тратить-то?

Замок-то он построил, но поселиться все же решил в родовом гнезде, то есть, не в Медави. Так замок и оставался чем-то типа дачи до тех пор, пока Руксели не потеряли контроль над ним. Затем местность переходила из рук в руки, пока не досталась некоему Пьеру Тиру (Pierre Thiroux), который владел им до самой революции.

Революция, понятное дело, ничего хорошего замку не принесла – все, что можно было разрушить, повстанцы разрушили. Ну и пограбили немного, как же без этого? Иначе ведь революции не делаются. В общем, когда законные владельцы вернулись из эмиграции, в замке мало что оставалось нетронутым.

На придание замку товарного вида ушло столько времени и денег, что в 1812 году его пришлось продать по требованию кредиторов. Несколько лет он стоял заброшенным, пока его не перепродали богатому промышленнику. Дальше все было просто – когда владелец помирал от старости, замок продавали с аукциона. И так три раза. В настоящий момент им владеет семья местных фермеров, у которых там рядом конный завод.

В замке есть две башни, названные по имени святых – Петра и Иоанна. Во второй из них, в свое время, была устроена часовня, но теперь ее там нет, хотя крест еще остался. Башни эти, кстати, все, что осталось от старого замка пятнадцатого века. Все остальное было перестроено несколько раз.

На мой взгляд, специально сюда ехать не стоит. Если вы оказались рядом, то почему бы и не заехать – можно погулять по окрестностям (только не там, где лошади, разве что у вас пристрастие к вонизме и миазмам).

На сей позитивной ноте, я пожалуй, закончу сегодняшнюю часть. Еще, кстати, две части осталось, а потом можно начинать что-то другое. Например, о Йосемитском заповеднике.

Продолжение следует

После нескольких дней, посвященных детским паркам, аттракционам и тому подобным развлечениям, я взбунтовался. «Хочу посмотреть местные замки», -  сказал детям, жене и теще. В смысле, те, замки, которые строения, а не те, которые в двери. Ибо к последним у меня интереса никакого нет.

Семейство несколько поартачилось, но в итоге, я добился своего и, в компании нескольких кислых физиономий, поехал в городок Mortree, где рядом, по слухам, располагался интересный замок. Слухи оказались верными, но найти его было не так-то просто, потому что в навигации он не значился, а местная мэрия как-то не озаботилась установкой указателей.

Замок этот открыт для посещения всего несколько дней в году и, как оказалось, мы попали туда в последний такой день. Что весьма порадовало, конечно, ибо проехать сотню миль в компании недовольного семейства только для того, чтобы развернуться и уехать, несолоно хлебавши, точно не являлось моим идеалом времяпрепровождения.

Замок находится на островке в центре пруда и окружен водой со всех сторон. Несмотря на это, я написал его название вполне правильно, ибо называется он не Chateau d’Eau (замок воды), а Chateau d’O, хотя и произносится это одинаково. Дело в том, что первоначально замок был построен неким Робертом О, сподвижником герцога Норманского Роберта (у них там что, с именами такая напряженка была?), которого он сопровождал в крестовых походах.

Затем, замок был расширен Робертом Седьмым. Потом к делу приступили Роберт Восьмой (ну точно с именами напряженка была), Джон О, Франциск О, еще один Франциск О и, наконец, последний из О, который обанкротил имение окончательно. Новые владельцы, однако, сохранили название имения, так что даже сегодня, когда замок находится во владении некоего Дмитрия Доминика, маркиза чего-то там, он все равно называется Chateau d’O.

Ну вот, с историей покончили, благо что информации от служителей мы не получили. По одной простой причине – две женщины (привратница и экскурсовод) не знали ни слова на английском. А мы, соответственно, не понимали ни слова на французском. Положение периодически спасал какой-то немец-дипломат, который переводил нам основные фразы, но, понятное дело, не все.

Экскурсоводша завела нас во внутренний дворик, предупредив, что гулять по нему можно только в ее сопровождении.

Между двумя крыльями замка ведет галерея:

По этой галерее нас провели, предупредив, что фотографировать нельзя. Если честно, то не очень-то и хотелось, ибо внутри замок выглядит довольно странно. Дело в том, что стены отделаны оригинально – деревянные панели раскрашены под мрамор. Выглядит это (как бы поцензурнее сказать…) очень дешево и претенциозно одновременно. Вот как китайский магнитофон Panosonnik  или что-то в таком роде.

Хотя люди там живут явно не бедные, у них даже есть личный транспорт для передвижения по окрестностям:

Окрестности, кстати, весьма красивые:

И вполне ухоженные:

Хотя и попадаются непонятные сооружения, вроде этих вот ворот в никуда:

А еще там есть оранжерея, в которую нас не пустили.

И полностью заросшее плющом здание непонятного назначения, целиком которое мне сфотографировать не дали, так что пришлось ограничиться фоткой окна:

В целом, замок произвел впечатление сказочного. До тех пор, пока экскурсоводша не провела нас по его внутренним помещениям. Ну вот каким нужно вкусом обладать, чтобы так испоганить убранство? Может, конечно, я чего-то не понимаю и роспись а-ля мраморные плиты по дереву считается весьма эстетичной в определенных кругах… Но я-то к этим самым кругам не принадлежу.

Продолжение следует

1. Сначала подохла сушилка белья. Ну, думаю, черт бы с ней – 10 лет отработала (хотя и крови мне попила при этом изрядно – черта с два я куплю что-то с маркой AEG теперь).
2. Потом начал барахлить с таким трудом найденный и купленный (в свое время) холодильник. Ибо таких высоких моделей, вроде бы, больше не делают (220 см).
3. Теперь вот накрылся системный хард в компе (SSD Kingston). Компания его заменит, но надо же как-то до почты добраться…
4. Свежекупленная сушилка Siemens при работе стучит, как будто там сто чертей внутри сидят. Магазин авторитетно заявил, что, возможно, проблема с подшипниками и надо связываться с Siemens, чтобы те приняли меры.
5. На работе вообще черт-ти что, ибо выяснилось, что наша система отказывается уходить в спячку, когда машину закрывают, вместо этого весело сжирая батарею. Два дня не ездить и батареи, можно сказать, нету. Так что выходные все мои…
6. Фигню, которую дите долго ждало и, наконец-то, получило, придется возвращать назад, ибо не то и не так.
7. Оказалось, что в сутках всего 24 часа, а не 40, как надо было бы.
8. А в остальном, прекрасная маркиза, все хорошо, все хорошо…
9. У жены мобильник (чертов LG Optimus) страдает невероятной фигней, и надо было бы его привести в чувство.

В общем, как только разгребусь со всем этим, появлюсь в Инете. А пока что я тут набегами. Сорри.

На следующий день дети подняли наисерьезнейший вопрос – куда мы поедем? Ибо шатание по всяким историческим местам им уже надоело, а там, где интересно детям, мы уже очень давно не были. Целый день тому как. Их неожиданно поддержала теща (да, мужская половина населения уже может начинать сочувствовать) и заявила, что неплохо было бы поехать в Шербург, ибо там зонтики, а это классный сувенир. Тем, кто не в курсе, могу напомнить, что был такой знаменитый французский фильм «Шербурские зонтики», в котором герои не говорили, а только пели. Впрочем музыка была довольно приятной и фильм стал культовым в СССР. По крайней мере, я этот фильм точно помню.

И мы поехали в Шербург. Первым делом решили направить шины автомобиля (не писать же «стопы»?) в сторону морского музея, где, если верить рекламе, все круто и вообще супер. Музей, кстати, называется La Cite de la Mer (город у моря, что ли?).

Музей состоит из четырех частей. Первая – это подводная лодка «Редутабль» (Грозный, хотя в брошюре ее имя перевели, как «Страшный»).

Лодка большая, атомная и способна нести на борту баллистические ракеты морского базирования, в свое время, нацеленные на сами знаете какую страну (подсказка – не на Англию, хотя если бы попали туда, то у французов был бы национальный праздник по этому поводу). Поскольку я небольшой любитель техники такого рода, то подробно расписывать что там и как я не буду. Скажу только, что аудиотур по лодке есть только на французском и английском. На русском есть брошюра, но, если честно, если вы владеете хотя бы зачатками английского, или французского то лучще взять аудиотур, который продолжается полчаса.

Рядом с подлодкой располагается экспозиция, прославляющая ВМС Франции,  а также различного рода интерактивные обучающие системы для детей. В общем, прочувствуйте себя Ле Капитаном.

Выше располагается, собственно, морской музей, с аквариумами, батискафами (российский тоже есть) и т.п.

Главная гордость музея – это интерактивное «путешествие» по дну моря. На самом-то деле, «никто никуда не идет» (с) какой-то анекдот, а само путешествие – просто симуляция. Но сделано все довольно толково, с инструктажем, посадкой в подлодку, чрезвычайными ситуациями (одной «путешественнице» даже стало плохо) и, как водится, чествованием героев (то бишь, участников аттракциона). Все это завершается пресс-конференцией, на которой всех участников (вас, то есть) представляют как героев, показывают фильм о том, как героически вы преодолеваете трудности, гордым шагом проходите по залам и т.п. В общем, будьте бдительны и помните, что око старшего брата не дремлет!

Кроме этого, в Шербурге делать, как оказалось, нечего. Зонтики были невменяемо дорогими (в районе 100 евро), что на сувенир не особо тянуло. И мы поехали обратно, в родную деревню.

По дороге, я несколько раз останавливался, чтобы сфотографировать местное искусство:

Дело в том, что местные крестьяне устраивали сельскохозяйственную выставку и каждый мало-мальски себя уважающий фермер строил вот такие сеновики.

А один даже решился на такую вот скульптурную композицию, олицетворяющую нелегкий повседневный крестьянский труд:

Продолжение следует

Вот она, кстати, Tesla Model S Beta.

Мой софт в действии (работает, как ни странно):

В общем, можно спокойно идти спать, зная, что завтра будет разбор полетов, а также некое снижение напряженности. Может, даже, выкрою время дописать французские полевые заметки.

Фотки (там еще много осталось и видео есть) утянуты отсюда.